?

Log in

No account? Create an account

Фунтофилия - коллекционирование гирь


Previous Entry Share Next Entry
(234) Павлово - город мастеров
ВИСМ
funtofil
ПАВЛОВО – ГОРОД МАСТЕРОВ
Дата основания Павлова считается по самому первому официальному документу. Таким является грамота Ивана Грозного от 5 апреля 1566 года, опубликованная в 1913 году в Х1У томе «Действий Нижегородской ученой архивной комиссии». Но в этом же издании чрез четыре страницы напечатана еще одна грамота царя всея Руси от 6 апреля 1565 года с упоминанием дворцового села Павлова. Может, со временем архивисты обнаружат и более раннюю дату основания этого населенного пункта у Оки? А пока же в «паспорте» города мастеров записан год рождения 1566, хотя он даже по известным документам на год старше этого возраста.


- Мне давно нравится ваш город – говорит председатель Законодательного собрания Нижегородской области В. Н. Лунин, депутат этого собрания от жителей Павловского и Вачского районов. - Я с детства (он родом из села Степаново Вачского района – Г. С.) постоянно бываю в этом знаменитом городе металлистов. До сих пор меня поражает уникальность населенного пункта, в котором, как в старину, проводят бои гусей и петухов, где, как на юге, растут лимоны и поют канарейки, в котором до сих пор кузнецы славятся своим мастерством ручной ковки. Но больше всего радует тот факт, что павловчане живут прибыльно, здесь давно ощущается дефицит кадров – вот сколько работы!
К этому мнению, думаю, присоединится любой гость нашего города, достаточно побывать в нем всего несколько часов, полюбоваться старыми улочками и современными кварталами, познакомиться в историческом музее с уникальными экспонатами, изготовленными талантливыми мастерами по художественной обработке металла.
И все удивляются, что в этом знаменитом селе когда-то делали высококачественные ружья. О замках слышали, о ножах, об автобусах. А вот о ружьях - нет. Даже некоторые земляки не знают, что были когда-то и у нас оружейники, известные императорам.


Для защиты русских земель от набегов кочевников, главным образом татарских орд, а также охраны водных путей и сухопутных трактов Московского государства, Иван Грозный строил крепости-остроги в местах, более удобных для обороны. Так возникло Павлово. Первыми поселенцами нового острога, где до того стояла, наверное, только одна избушка перевозчика Павла, стали стрельцы. Они и были зачинателями торговли (им предоставлялось право торговать) и, по всей вероятности, металлообрабатывающего промысла, получившего впоследствии широкое распространение. Уже в 1621 году в Павлове было, как следует из писцовых книг, 11 кузниц, а в 1677 году в селе имелось уже 40.
Около шестидесяти лет Павлово было дворцовым селом, следовательно, условия жизни тут были для тех времен сносные, о чем свидетельствует постоянный приток населения. Вот и росло село у переправы через реку и у большой дороги. Называли ее и Екатерининским трактом, и Муромской дорожкой, которая проходила поблизости и вела от престольной Москвы во Владимир и Муром, а из Мурома в Нижний Новгород уже по правой, высокой, без болот, стороне Оки. Вот в таком месте и выросли кузни, принесшие славу селу металлистов своими ружьями, потом замками, ножами, ножницами и другой нужной людям металлической продукции.
Воцарившиеся на троне Романовы отблагодарили тех, кто вывел их на царство, кто был героем борьбы против польской интервенции землями из государственного резерва. Козьма Минин, например, получил уже в 1613 году Богородска, Ворсмы, близлежащих деревень. А земли вокруг Павлова стали собственностью князей Черкасских, родне и покойному Ивану Грозному, и Романовым. После смерти бездетного Минина его имения разделены между двоюродными братьями Черкасскими. Наиболее предприимчивым из клана Черкасских оказался Иван Борисович. В его владении оказалось большинство деревень, расположенных на территории современного Павловского района. А в 1622 году он добился царской милости и соответствующей грамоты о передачи в его владения села Павлова. Богач в 1642 году умер бездетным, пока два года решалась судьба его наследства, Павлово было дворцовым селом, а потом передано во владение Якову Куденетовичу Черкасскому, у которого уже были Богородск и Ворсма с окрестностями. Через шесть лет он купил и земли Дмитрия Мамстрюковича Черкасского (деревни, расположенные на территории современного Сосновского района).
В 1742 году последняя представительница рода Черкасских Варвара Алексеевна вышла замуж за графа Петра Борисовича Шереметева. Так село Павлова с огромными окрестностями стало вотчиной Шереметевых и оставалось ей 120 лет, до отмены крепостного права.
6 июня 1863 года Павлово на пароходе «Поспешный» посетил великий князь и наследник престола старший сын Александра Второго Николай. Высокий гость в сопровождении многочисленной свиты посетил в первую очередь великолепный Троицкий собор, который до этого ремонтировался четверть века, и обновление закончилось за неделю до визита великого князя. Затем наследник побывал в доме старосты собора самого известного на то время павловского фабриканта Федора Михайловича Варыпаева, стоящего на одной площади рядом с собором. К посещению в доме была подготовлена выставка, демонстрирующая поэтапное изготовление продукции и образцы некоторых павловских товаров. Николай купил перочинный, хлеборезный и десертный ножи, замки висячий и с секретом, штопор, заказал фабриканту изготовить четыре дюжины столовых ножей и шашку (Когда заказанное через полгода было лично Варыпаевым доставлено в Санкт-Петербург, то получил новое задание – изготовить палаш и шпагу). Из дома делегация проследовала в двухэтажный каменный корпус, в котором выпускались замки. В другом цехе двадцатилетний наследник самолично решил отковать ножницы, в напарники ему поставили кузнеца Митенина.
Такие подробности визита стали известны из книги «Письма о путешествии Государя Наследника Цесаревича по России от Петербурга до Крыма». Ее авторов К. Победоносцева и И.Бабста прежде всего поразила скученность построек в селе, невольно наводившая на мысль о большом ущербе, если не дай Бог, случится, пожаре.
Как в воду глядели. 12 июня 1872 года в селе Павлове случился пожар: дождей давно не было, а при такой суши и постоянно работающих на всех 18 улицах огненных кузнях как нечаянно чему-то не возгореться.
В то время в селе были такие улицы, расположенные на Семеновой и Троицкой горах и на «низу»: Мостовая, Стрелецкая, Большая, Исподняя, Конопляная, Перекрова, Луговая, Стоялая, Слобода, Покровская, заманиха, Терешки, Дубровка, Затарская слобода,. Новая и Лужа. Да еще две площади – Никольская и Покровская. Плюс семь церквей, более полутора тысяч домов, из которых 400 двухэтажных и пять трехэтажных. Кустари зарабатывали в то время очень хорошо – цены на Павловские товары были сходными.
Внимательно прочитаем в перечисление ущерба от пожара: сгорело 515 домов, в том числе полсотни каменных, 115 лавок, 43 завода и 550 заведений, находящихся в домах крестьян. Эти «заведения» и есть в основном как кузницы, ведь редко тогда у кого из кустарей была лишь одна сталеслесарная мастерская, в которой занимались личкой (шлифовкой) или сборкой замков. Для сравнения – производство в частных заведениях в тот год определялось в полтора миллиона рублей, а в четырех крупных фабриках (Варыпаева, Калякина, Воротилова и Банина) составляло всего 130 тысяч рублей серебром. Царское правительство, зная об умении местных мастеров выпускать хорошие товары повседневного спроса, чтобы кустари не уезжали на заработки в Тулу, Златоуст, Ижевск или другие места, без помощи погорельцев (финансами и материалами) не оставило.
Выделено три тысячи рублей лично от царя, разрешен отпуск леса по дешевой цене и при этом с рассрочкой уплаты, денежное пособие в 300 рублей на каждый дом в дополнение к страховой сумме. Кроме этого, для развития производства, закупки металла и инструмента правительство выделило 30 тысяч рублей на учреждение ссудного товарищества и еще 25 тысяч – на учреждение комиссионерного товарищества. Деньги поступали без особых задержек благодаря личной помощи и контролю министра финансов Рейтера и напоминаниям авторитетного в столице фабриканта Варыпаева.
Но и это еще не все. В день священного коронования Николая Второго «по Высочайшему Повелению» прощены и сложены со счетов выданные Павловским ссудо-сберегательным товариществом и складочной артелью 23 июля и 29 декабря 1872 года и 30 ноября 1873 года ссуды, проценты и штрафы. Всего сложено «капитального долга 42о33 рубля 71 копейка, процентов штрафа – 32250 рублей 14 копеек. Итого – 74283 рубля 85 копеек». Сумма по тем временам немалая.
А вот ответ павловчан на эту высочайшую милость. Уполномоченным Павловского общества, бывшим старшиной А.В. Демидовцевым 17 июля 1896 года в два часа дня лично государю представлены изделия кустарей и коллекция, состоящая из самых разносторонних предметов, характеризующих местное производство. В числе этих предметов находились: замки, шашки драгунского образца, казачья пика, кавалерийские шпоры, верховой мундштук, десертные ножи и вилки, ножницы, бритвы и так далее. Коллекция заключена в ящик из чинарового дерева с никелировочной отделкой и внутри оклеена бархатом василькового цвета. Николай Александрович с супругой осмотрели подарки и выразили за них благодарность Павловскому обществу.
С середины позапрошлого века кто только не писал о селе, сделав его знаменитым на всю Россию. Известным прежде всего кустарным, почти в каждом доме, ремеслом. И только двое, писатель В.Г. Короленко и академик В.П. Безобразов, не стали восхищаться производством. Наоборот. Сошлюсь на Безобразова, поскольку «Павловские очерки» Короленко можно прочитать в любой библиотеке. Профессор считал, что «в России нет места, где бы нищета целой массы народонаселения была бы более велика, где бы общий уровень благосостояния был ниже, и где бы, вместе с тем, люди обоего пола были трудолюбивее, чем в Павлове». И заметил, что лучшее положение у рабочего на большой фабрике, чем у кустаря, эксплуатируемого скупщиком. Лишь крупное заведение, устроенное по всем требованиям современной техники, будет содействовать развитию павловской промышленности: сколько бы не существовал кустарный промысел, против экономических законов бороться невозможно. И спустя несколько лет, в 1885 году, он конкретизирует свой вывод: культурная и техническая осталось кустарей проявляется в том, что разнообразие изделий не увеличивается больше века, виды, сорта, формы товаров изменяются чрезвычайно медленно. Несомненно, что в конечном итоге кустарь будет бит промышленным производством.
Этот вывод касается не только Павлова, но и всех окружающих его 150 селений, в которых большинство семей кормится примитивным для конца Х1Х века сталеслесарным производством. А вот статистика по Горбатовскому уезду Нижегородской губернской управы: в 119 селениях с населением в 56914 душ обоего пола 5954 двора занято промыслом. В них 6570 рабочих мужского пола, 366 стариков, 1096 подростков, 432 мальчика и 847 женщин. Из всех мужиков в чужих мастерских трудится лишь 619 человек, 2819 – у себя дома на хозяина, остальные – дома «на базар».
Но постепенно увеличивалось не только количество фабрик, но и число в них работающих на постоянной основе кустарей, становящихся пролетариями. В 1879 году в самом Павлове была 21 фабрика, в 1916 – 27. Павловская промышленность не только выросла и кустарного производства, но фактически никогда не порывала с ним связи. Она усвоила традиции и навыки кустарей, их несложный инструментарий, ассортимент изделий, мало что к этому добавив. Разоряющиеся кустари регулярно поставляли фабрикам квалифицированных рабочих. С 1890 по 1917 год количество рабочих увеличилось в десять раз, а число фабрик –всего на шесть.
В селе в населением в 1916 году 18,5 тысяч человек существовали крупные предприятия с таким количеством рабочих: у Теребина -1955, Пухова – 988, Подкладкина – 710, в кустарной артели Штанге – 840. В Ворсме на фабрике Птицына трудилось 1014 человек, Кондратова – 924, Битюрина – 624, Завьялова – 400.
Жесточайшая конкуренция заставляла предпринимателей совершенствовать производство. Но, в основном, труд оставался ручным и широко использовались надомники. Возникло парадоксальное явление: несмотря на крупные предприятия, на которых в общем работало до шести тысяч человек, Павлово все еще оставалось кустарным селом, как и раньше в его общественной жизни тон задавали кустари. Рабочие очень медленно усваивали пролетарскую идеологию. И, главное, накоплен такой опыт в металлообработке, что он позволил уже в советское время постепенно открывать новые предприятия.
Но крепки еще были кустарные привычки: на 1 июля 1929 года в Павлове оставалось еще 4007 кустарей. Последние кустари устроились на работу на заводы или в артели в 1936 году.




Клейма - Николай Карачистов. с. Павлово.


Коромысло весов №1 - М.ПОТКЛАДКИН. 1885 г. Фото из Инета.
Читать - https://funtofil.livejournal.com/88086.html

Саперная лопатка. Мастер - И.Подкладкин. Фото из Инета.


Чаша весов. Павлово. Фото из Инета.


Чаша весов. ВОРОТИЛОВ. ПАВЛОВО. Фото из Инета.


Дом № 6 на улице Карла Маркса - дом Ф.И.Воротилова, построен в конце XVIII века. В 1848 году был приобретён Ф.И.Воротиловым у И.С.Мишечкина (или Митенина). В 1884 году владельцем дома был сын Ф.И.Воротилова, И.Ф.Воротилов; в 1911 году дом принадлежал его наследникам. В настоящее время - многоквартирный жилой дом.

Читать - "Село Павлово и его промыслы" - http://museum.vzvt.ru/istoriya/proizvoditeli-vesov/selo-pavlovo-i-ego-promysly/

Еще читать - http://nsportal.ru/shkola/kraevedenie/library/2012/01/26/pavlovo-gorod-masterov

Читать - http://www.pravda-nn.ru/archive/number:651/article:10357/
Читать - http://www.opentextnn.ru/space/littlesityes/pavlovo/?id=806